САЙТ о самосовершенствовании саморазвитии личности человека KeyRich, key-rich.com
Chinese (Traditional)EnglishFrenchGeorgianGermanHebrewItalianRussianUkrainian


Warning: include(/home/keyrich/key-rich.com/php/dop_rek.php): failed to open stream: No such file or directory in /home/keyrich/key-rich.com/duhovnost/obschaya/omar_hayam/omar_hayam.html on line 220

Warning: include(): Failed opening '/home/keyrich/key-rich.com/php/dop_rek.php' for inclusion (include_path='.:/usr/share/php:/usr/share/pear') in /home/keyrich/key-rich.com/duhovnost/obschaya/omar_hayam/omar_hayam.html on line 220


Омар ибн Ибрахим аль-Хайям:
«Я скрыл свою истину за семью печатями...»



Омар Хайям Омар ибн Ибрахим аль-Хайям – гениальный философ, математик, астроном, врач и поэт, который подарил миру столько мудрости и загадок, что уже не одно поколение стремится познать все их грани, гений которого можно поставить в один ряд с Альбертом Эйнштейном, Леонардо да Винчи и Никола Тесла.

И к величайшему сожалению, большинство почитателей творчества Омара Хайяма, представляют себе этого величайшего из гениев – певцом вина, кабаков и женских прелестей. На само деле в его «рубайат» (множественное число «рубаи») сокрыт более глубокий смысл.



 


 

Омар Хайям «Великий поэт Омар Хайям писал: «Я скрыл свою истину за семью печатями и сорока замками, чтобы злое стадо людей не использовало эту истину во имя зла».


Многие читают рубаи Омара Хайяма.


Наслаждаясь стихами Омара Хайяма, вы восхищаетесь: «Какая поэзия! Какая утонченность восприятия мира! Как он понял всю тщету человеческих усилий, всю жалкую ничтожность бытия!». В действительности он просто подыгрывает вашим слабостям и сомнениям, вашему неверию и пассивности.


А другой думает, что Омар Хайям был забулдыгой и гулякой. Он ведь пишет о вине, женщинах, кабаках. И вы говорите жене, оправдывая свое поведение: «Молчи, дура! Омар пил, я тоже бутылек раздавил».


Омар Хайям перед каждым поставил зеркало в красивой рамке. И сотни лет обыватель любуется своим отражением. Ради того эту книжку и держит у себя.

А известно ли вам, что в те времена за глоток спиртного сразу четвертовали или сажали на кол? Тогда своя инквизиция была.


Омар Хайям был одним из величайших Мастеров.


«Вино» у Омара Хайяма, дорогие мои, означает «опьянение от познания истины».


Каждое слово в привычном для вас значении содержит скрытый смысл и рассчитано отнюдь не на логическое мышление.


Потребуется несколько десятков страниц, чтобы разъяснить значение одного предложения, написанного таким языком.


Читая одну фразу, человек, мыслящий путем озарения, способен воспринять информацию, равную иногда целой библиотеке, забитой книгами от пола до потолка.


Прежде чем приступить к изучению тайнописи, нужно три года учиться тому, как учиться.

Вот, если хотите, малюсенький словарик языка тайнописи.

Влюбленный — это есть дервиш.
Принц — ученик.
Женщина — душа спящего.
Красавица — душа искателя.
Изменчивая красавица — страдания разума, которые дает душа.
Пьяный — дервиш, постигший истину.
Опьянение — просветление.
Чарка — сознание.
Кабак — место, где собираются для тренировки.
Кувшин — ум.
Осколок от кувшина — частичка опыта ушедших мастеров.
Виночерпий — дающий вино истины, то есть одно из обозначений Всевышнего.
Сад — процесс тренировки.
Дерево — мастер без учеников.
Дерево плодоносящее — наставник с учениками.
Гора — высший просветленный, приближенный к Высшему.
Холм — Наставник.
Утес — тот, кто был причиной начала обучения.
Глыба — мудрый.
Камень — староста тренирующихся.
Кольцо — крyr учеников.
Кольцо с драгоценным камнем — круг учеников, в котором присутствует высший Наставник.
Кольцо с сапфиром — практикующие упражнения Соломона.
Кольцо с изумрудом — практикующие упражнения Мухаммада.
Кольцо с алмазом — практикующие упражнения Моисея.
Ожерелье — мастер, который освоил все основные Школы.
...
...
И так далее.


Мастера для скрытой передачи информации друг другу во времени и пространстве используют 3001 слово.


Мой Наставник однажды дал мне азбуку тайнописи и «Рубаят» Омара Хайяма и сказал: «Вот это четверостишие переведи». Начал переводить. На это у меня ушло около двух месяцев. Из одного четверостишия получилось почти 270 страниц машинописного текста.


В каждом четверостишии Омара Хайяма есть внешняя форма, оболочка, для нас интереса не представляющая. Это всего лишь привлекательный переплет для взрослых детей.


А по букварю тайнописи получается так:

Открываем первую вуаль, читаем: «Made in...», то есть откуда, где и кем изготовлено, к какой Школе относится и назначение упражнения.
Вторая вуаль — теоретические основы.
Третья вуаль — техника безопасности, предупреждение о возможных ошибках.
Четвертая вуаль — внешняя техника упражнения.
Пятая вуаль — внутренняя техника.
Шестая вуаль — запуск процесса, начальная стадия упражнения.
Седьмая вуаль...


Предъявите пропуск, пожалуйста! Извините, дальше проход закрыт.


И в результате получаем целый трактат, И если этот текст показать какому-нибудь современному любителю дотошных инструкций, то он тут же в обморок грохнется от зависти.


Потому что перед вами будут лежать жесткие, предельно лаконичные, веками выверенные и отшлифованные указания, где, в какой последовательности, при каких обстоятельствах и что именно нужно делать, чтобы усилием воли, например, остановить течение воды. Что и как нужно тренировать, чтобы достичь такого-то и такого-то состояния.


Притчи тоже имеют совершенно не тот смысл, который вы видите на поверхности текста.


Помню, на перевод первой маленькой притчи, содержащей сорок вуалей, у меня ушло восемь месяцев!


Внимание! Иногда, когда я читаю Притчи по-русски, у меня часто появляется мечта вызвать того горе-переводчика на татами и поколотить его в честном бою.


Чтобы сделать смысловой перевод, мне придется сначала с русского перевести обратно на язык оригинала и только потом приступить к раскрытию вуалей.


Хотите малюсенький экскурс? Чтобы вам было хоть немного понятно, возьмем один абзац притчи «Пища да перья». Вначале прочтем оболочку.


«Где-то, когда-то жил-был студент Абу-Кулол из Бухары. Он ежедневно ходил к своему учителю, сидел у его ног и записывал на бумагу все, что тот говорил. И так каждый день.


Однажды вечером его жена поставила перед ним горшок, покрытый платком. Этот платок он повязал на шею, заглянул в горшок, а там — исписанные перья и бумага.


— Вот, чем ты занимался до вечера. Попробуй и теперь есть...», И так далее.


Так выглядит оболочка, рассчитанная на обычных людей, живущих в мире сна. Они эту забавную притчу сохраняют и читают своим детям, чтобы те быстрее уснули. А речь здесь идет совсем о другом.


«Студент» означает «искатель», который пытается достичь гармонии путем слияния души и разума.


Здесь говорится примерно, так, да простят меня мои «собутыльники»-Влюбленные за слишком упрощенный перевод.


«Начинающий искатель! Твой разум («разум» — это «он») всегда, каждый день окажется у начала истины («у ног») познания жизни («учитель» — это есть «Всевышний»), у начала познания Высшей Истины и Высшего Могущества.


Но твой разум будет пытаться держать все в памяти («бумага» означает «память»).


В конце жизни, когда душа твоя («жена») покажет тебе содержимое твоего ума (это, понятно, «горшок»), там, кроме памяти («бумаги») и мертвых мыслей («перьев»), ничего не найдешь. И тебе захочется повеситься от душевных страданий («платок» — это нечто, что имеет отношение к душе).


Теперь этот же текст с первых трех слов: «...Где-то, когда-то жил...» — жизнь разума. «Жил разум». Значит, я должен узнать, как этой инструкции дать жизнь, как претворить ее в жизнь.


«Сядь у ног». Сидя на стуле, вы сидите над ногами. Но если вы сядете в позу упражнения, то ваше тело окажется «у ног». Если было бы сказано «рядом с ногами», то означало бы «рядом с учителем».


Третья вуаль. Здесь «Сядь у ног» означает: войди в состояние начала начал. Очисти свое сознание, свою память до состояния белого листа («бумага»). Стань пустым, останови мысли.


Дальше четвертая вуаль — это тренировка доступа к «библиотеке», то есть вечному информационному слою.


Название притчи «Пища да перья» означает «полезная практика с мертвыми мыслями», то есть «упражнение для расширения мышления». Одним словом, это тренировка для получения абонементной карточки в особую библиотеку.


Потом пятая вуаль. И так далее до сороковой вуали.


Тысячи лет тому назад с бумагой было плоховато. Была одна глиняная дощечка, куда мастер должен был вложить 400—500 страничек инструктажа, но сделать так, чтобы простолюдин не мог его использовать. Может, оттуда и пошло?


Омар Хайям передал свои истины через тысячелетие тем, кому они были предназначены. Великий математик, он сжал, спрессовал свои знания и зашифровал их в простых словах, примитивных понятиях, которыми живет большинство.


Почему великое знание мудрых было засекречено? Это знание, эта сила не должны попасть в руки злодея, потому что ее корыстное использование может убить человека.


А обычный человек любую силу, которую приобретает, в первую очередь использует для удовлетворения своих животных потребностей. Вот почему достижений великих умов всегда скрыты.


Великий Омар Хайям говорил: «Я спрятал свою истину за семью печатями и сорока замками, чтобы злое стадо людей не использовало эту истину во Имя зла». Была разработана целая наука тайнописи для того, чтобы в руки обывателя не попало могучее оружие.


Тайные знания Передаются из поколения в поколение, от отца к сыну. Опыт тысячелетий, опыт миллиардов людей никуда не пропал. Как развить полноценное восприятие, как стать личностью, как овладеть силой, как и что делать, с чего начинать — вся информация об этом, вплоть до конкретных инструкций, хранится и передается веками.


Дорогие мои, неспроста во всех священных писаниях сказано: познавая себя — познаешь Бога. Это означает, что, познавая себя, ты познаешь собственное могущество».

Норбеков Мирзакарим Санакулович



«...К сожалению, большинство западных читателей воспринимают Омара как языческого поэта эротики и пьяницу, которого интересует только вино и земные удовольствия. Это характерное недоразумение имеет место и по отношению к суфизму вообще. Запад судит об Омаре, исходя из собственных представлений. Но если мы хотим понять Восток, нужно попытаться взглянуть на восточные тексты глазами людей, живущих там.


Для многих жителей Запада будет неожиданностью узнать, что в Персии нет споров относительно стихов Омара и их значения: автор почитается как великий религиозный поэт. Его восхваления вина и любви представляют собой классические суфийские метафоры: под вином понимается духовная радость, а любовь - восторженная преданность Богу... Омар Хайям не выставлял свое знание напоказ, а завуалировал его. Абсурдно относиться к подобному человеку как к бражнику и бездельнику, однако его глубокие стихи, кажущиеся на первый взгляд поверхностными, вводят в заблуждение».

Чарльз Хорн


«...Итак, становится очевидно, что Омар Хайям подменил в стихах философские формулы художественными образами; он же превратил их в криптограмму, применив условный язык, слова-символы, потребовавшие разгадки; и, наконец, коварное время сделало из его рубайята анаграмму, произвольно перетасовав стихи и разрушив связный ход мыслей. Лестно было бы надеяться, что с последними двумя частично удалось справиться, и уступить теперь место философам для окончательной расшифровки.


Однако сам же Омар Хайям учит, что Истина недостижима. И, внимая его предостережению, прекрасно осознаю: едва ли я был прав во всех своих выводах и догадках, когда пытался разгадать его рубайят; может быть, и все выводы в целом - всего лишь прекрасная иллюзия. Но хотелось бы верить, что какие-то крупицы истины в этой работе есть, и что она хоть немного поможет постичь непостижимое - поэзию Омара Хайяма...


...Пусть только не пугается читатель, что теперь чтение стихов Хайяма вместо наслаждения искусством превратится для него в разгадку ребуса.


Во-первых, Омар Хайям далеко не всегда углубляется в дебри иносказаний; есть у него и прелестная откровенная лирика, и дивные стихи о природе, и обыкновенные жалобы на жизнь, и непринужденные шутки и каламбуры, и таких стихов много.


Во-вторых, мудрость, наверно, тем и отличается от умной и точной мысли, что мысль легко сломать, чуть-чуть переиначив, и превратить в глупость или трюизм, но мудрость - пластична, и даже при вольном ее пересказе, даже многое не поняв, мы почувствуем ее глубокое дыхание. Выказанная кем-то мысль дарит нам мысль; но изреченная мудрость обогащает нас целым клубком сцепленных между собою мыслей, и сколько ни разматывай этот клубок, конца им не видно. Читателю будет чем насладиться.


В-третьих, иносказания и глубинные пласты смысла - в традициях восточной поэзии. И эти традиции требуют, чтобы и внешний, поверхностный смысл был поэтичен, чтобы читатель получал удовольствие, даже не вчитываясь в глубину; Омар Хайям владеет этим искусством безупречно. Но если читатель разглядит и второй пласт смысла, удовольствие его удесятерится; если же различит и третий пласт...»

Игорь Голубев


КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ